В середине 19 века начинает появляться интерес к прудового хозяйства и в России. В журнале "Вестник" за 1856 год профессор Усов писал: - "Россия рыбой богата, большой нужды в ней нет, но только в немногих благословенных местностях рыба составляет часть народного продовольствия. В средней же России крестьянин по большей части питается пустыми щами с забелкой, кашей с молоком, хлебом да квасом, мясо же едят только по праздникам. Ввести рыбу во всеобщее употребление было бы истинным благодеяние для крестьянина, неутомимым трудом снискивающего себя насущный хлеб ... "[8]. Как видим, не только по существующим недалеким упоминаниям наших дедов, но и по наличию заброшенных, запущенных, но некогда процветающих прудовых хозяйств мы практическое подтверждение актуальности этого вопроса. Однако надежды лучших людей того времени по развитию рыбоводства и обеспечение свежей рыбой населения, надежды накормить каждого крестьянина остались мечтами, и карп далее стола помещика и фабриканта не пошел [9]. Лишь в начале 20-го столетия крупные землевладельцы и арендаторы занялись развитием прудового хозяйства. И уже перед началом империалистической войны в царской России насчитывалось около 25 тыс. га таких прудов. Большая их часть находилась в западной России, в районах, где после империалистической войны появились новые государства - Польша, Литва, Латвия, Эстония. А в пределах границ бывшего Советского Союза прудовое хозяйство нашло развитие только в Украине и в Белоруссии [10]. Таким образом, постепенно набрав широких масштабов, система рыбного хозяйства требовала обычно своего централизованного руководства и организации, в связи с чем возникла необходимость в государственном управлении и формировании правовой базы в этой области.